Микрофонное дело: приговор вступил в силу

Примерно 40 минут потребовалось сегодня коллегии из трех судей Новосибирского областного суда, чтобы рассмотреть мою и моего адвоката апелляции на приговор по «микрофонному делу» — и оставить этот приговор в силе. Так что мой 28-й приезд в Новосибирск оказался и самым коротким; через четыре часа буду снова в Москве.

Было ли решение сюрпризом? Конечно, нет. Центральный районный суд Новосибирска два месяца назад пошел на довольно решительный шаг, переквалифицировав мне статью обвинения с тяжкой ч.3 ст.144 на небольшой тяжести ч.1 ст.144, и дав по ней минимальное наказание в виде относительно небольшого штрафа — лучше, давайте честно скажем, и быть не могло. И как говорят все, кто хоть немного понимает, как устроена судебная система в России сегодня — такое решение не могло было быть принято без консультаций с вышестоящим, областным судом. Поэтому оно было обречено на то, чтобы устоять в апелляции.

Приговор вступил в силу, и был немедленно исполнен: подписки о невыезде больше нет, с государством мы в расчете

Сегодня около 13.00 по новосибирскому времени приговор по «микрофонному делу», таким образом, наконец-то вступил в законную силу — закончилась эпопея, которая продолжалась аж 15 месяцев, с июля прошлого года. С одной стороны — теперь я осужденный уголовник. С другой стороны — нет больше подписки о невыезде, а уплата штрафа позволяет мне рассчитывать и на немедленное снятие судимости (она в принципе снимается через год, но при уплате штрафа можно и раньше).

Ну и конечно это все не означает, что мы закончили. Прохождение апелляции дает право обратиться в ЕСПЧ — и это будет сделано в кратчайшие сроки, благо «Агора» любезно предложила свою помощь. С другой стороны, мы с адвокатом Бандурой решили не отказываться от дальнейшей борьбы и в российских судах и параллельно подадим также кассационную жалобу.

Ну а в целом, конечно, я очень рад, что все это закончилось. И спасибо огромное всем, кто поддерживал все эти 15 месяцев.

Свое выступление на апелляции, по традиции, публикую в полном объеме.

Уважаемый суд!
Основные юридические доводы мои и защитника изложены в наших апелляционных жалобах, и мне не хотелось бы отнимать у вас время их повторением. А я хотел бы кратко пройти по основным сущностным моментам.
Читать дальше
Комментарии: 

Общество Защиты Интернета: новости, успехи, планы 

Хочу подробно рассказать о том, как дела у Общества Защиты Интернета, а также спросить у вас совета (но это в конце).

I. Старые проекты.
Когда мы с Сергеем Бойко все начинали, мы договорились, что начнем с трех небольших проектов, а по мере того, как с ними будет все получаться, будем добавлять новые. Поэтому для начала расскажу, что с этими тремя проектами.

1. Индекс Свободы Интернета.
Все хорошо работает. Много уважаемых экспертов собрано, индекс ежемесячно публикуется и позволяет объективно оценивать состояние дел и, главное, его динамику. Мы же хотим повлиять на эту самую свободу интернета — поэтому без объективной метрики никуда, без нее мы и не узнаем, удалось нам на что-то повлиять или нет. Поэтому Индекс Свободы Интернета — это самый первый, базовый и важный проект. Динамика, кстати, пока негативная, но кое-какие положительные тренды наметились.

2. Атака на СОРМ.
Тут все сложнее (но никто и не обещал, что будет легко). То, что СОРМ — это зло, незаконная коррупционная кормушка для сомнительных личностей, с которой надо бороться — это мы понимали с самого начала; но как бороться? Мы разобрались подробно с тем, кто «зарабатывает» на СОРМе, и мы придумали проект «народного провайдера» для того, чтобы идти судиться с ФСБ о незаконности СОРМа.

Дальше проект немного забуксовал: два месяца ушло на получение лицензии для «народного провайдера», еще два месяца — на подключение его к сетям и подготовку узла связи к сдаче. Почему: потому что мы, конечно, не хотели «втемную» использовать вышестоящих провайдеров, к которым подключались, и сразу рассказывали им, для чего сдаем узел связи. Конечно, многие отказывались... Но, наконец, два провайдера, согласившихся нас подключить, нашлись. Узел связи готов, и мы его идем сдавать на следующей неделе (ура!).

Пока вся эта работа велась, мы не сидели, однако, без дела, и дальше разбирались в том, как что устроено с этим СОРМом. И выяснили одну важную вещь: рынок СОРМа еще и потому коррупционен, что, вопреки закону, ФСБ не ведет публичного реестра лицензиатов. Это дает им возможность говорить провайдерам «купи оборудование там, где я тебе скажу» (вместо «вот список, купи там, где хочешь»). Мы даже написали официальный запрос в ФСБ, и они прямо сказали, что список не дадут (хотя норма закона, на которую они ссылаются в своем письме, ничего такого в себе не содержит):

Список компаний, имеющих право продавать оборудование для СОРМ — тайна за семью замками

Соответственно, наш план атаки на СОРМ претерпел некоторые изменения:
— на следующей неделе сдаем узел связи, в ответ от нас требуют согласовать план СОРМ
— требуем предоставить список лицензиатов, нам отказывают, судимся
— после этого уже судимся за компенсацию расходов

Смысл, впрочем, остается прежним: выбить из-под СОРМ его экономическую базу. Если удастся сделать так, что провайдеры перестанут платить, или станут платить значительно меньше — СОРМ исчезнет. Потому что сейчас он не решает никаких задач, кроме одной-единственной — обдирания провайдеров (ну и абонентов, таким образом).

3. Мониторинг связности.
Ведется в автоматическом режиме с весны, а все интересные артефакты на графике проверяются в ручном режиме. Так, в последнюю неделю есть довольно заметное снижение связности, но оно было вызвано тем, что отваливались болгарский оператор Sofia Connect и германский M-NET, которые были напрямую связаны суммарно примерно со 150 российскими провайдерами; это не выглядит системной проблемой, а выглядит временной трудностью, причем не на российской стороне. Короче говоря, Индекс связности работает так, как и задумывалось: дает грубую интегральную оценку состояния дел — примерно как температура тела человека — а дальше уже мы начинаем смотреть вручную детали. И пока видим, что все хорошо.

Индекс связности Рунета-2016: пока что все колебания в допустимом диапазоне значений

Конечно, нам хочется повысить точность мониторинга связности (я еще напишу отдельно большой пост о том, почему это важно), и с этой целью в конце августа ОЗИ совместно с рядом партнеров провело первый российский хакатон по интернет-измерениям. Времени на подготовку взяли недостаточно, поэтому первый блин вышел слегка комом, тем не менее, что-то получилось.

Наибольшего успеха добилась команда под руководством Сергея Тяпкина, которая проводила сравнение данных о российской трансграничной связности по данным протокола BGP (используемых в данный момент ОЗИ для построения графика связности) и данных о российской связности по данным проекта RIPE Atlas. Результат сравнения данных за один день показал довольно серьёзное расхождение: связи видимые протоколом BGP и в общем массиве traceroute измерений RIPE Atlas совпали неожиданно мало. Благодаря тому, что на хакатон приехал Виктор Наумов из RIPE NCC, из этого получилась важная обратная связь для RIPE NCC о том, как реально устроена сеть в России в сравнении с тем, как она выглядит для регистратора. Новый хакатон подготовим получше и проведем, вероятно, в начале декабря.

II. Новые проекты.
Не то, чтобы мы планировали брать что-то еще на себя, но само собой так сложилось, что задачи прыгали на нас и вешались нам на шею, и, объективно говоря, надо выделить еще три направления деятельности, которыми мы сейчас активно занимаемся.

4. Международное сотрудничество.
К внешнему миру, к крупным ИТ-компаниям постепенно приходит осознание того, что слушать только позицию Роскомнадзора и других российских чиновников, для того, чтобы выстроить свою стратегию работы в российском интернете — недостаточно. Потому что простое следование постоянно меняющимся законным и незаконным требованиям российских властей — верный путь к убыткам и потере пользователей, а больше и ни к чему; история с требованием «локализации персональных данных» — яркий тому пример.

Крупные мировые ИТ-компании, поэтому, активно ищут тех, кто мог бы давать им альтернативную точку зрения на происходящее с российским интернетом, тренды и перспективы — и ОЗИ все чаще выступает таким партнером-аналитиком. Это важная и для них и для нас история: мы им объясняем, что слепо выполнять требования РКН не надо, что законы бывают разные (некоторые принимаются для того, чтобы применяться, а некоторые — только для того, чтобы ими пугать) и так далее. В перспективе, мы надеемся, это позволит крупным компаниям занять единую и крепкую позицию в противостоянии по крайней мере наиболее одиозным и вредоносным инициативам российского правительства.

Отдельная большая история — ситуация с банами в Facebook. Расскажу подробнее отдельным постом, но если кратко: ОЗИ взаимодействует с Facebook напрямую, и продолжает добиваться того, чтобы практике необоснованных банов был положен конец — и неважно, кого банят, Виктора Шендеровича или Сергея Железняка.

5. Просвещение.
Открытый ключ, сертификат, MitM, DPI, УЦ — все эти слова еще год назад были интересны только специалистам. Но в силу многих событий последнего года (и, надеюсь, хотя бы отчасти и благодаря деятельности ОЗИ) очень и очень многие «обычные пользователи» стали осознавать, что все эти слова и вопросы теперь становятся частью их повседневной жизни. Нас буквально постоянно теперь просят рассказать о том, как и что устроено в интернете, что угрожает безопасности обычных пользователей, во что могут вылиться те или иные активности нашего неуемно активного государства и т.д.

Нам это очень нравится, и мы никогда не отказываем. Выступаем на конференциях и семинарах, записываем обучающие видео, пишем статьи и отвечаем на вопросы. Российский интернет стремительно становится таким местом, где даже самому рядовому пользователю лучше быть хорошо осведомленным о рисках и опасностях, поэтому мы считаем просветительскую деятельность важной частью того, что делает ОЗИ. Вот лишь некоторые избранные материалы этого года:
— видеоролики: про государственный MitM, про пакет Яровой, про СОРМ;
— статьи: про пакет Яровой, про дешифровку трафика, про защиту от дешифровки (платная);
— карточки: про защиту электронной почты.

Прямо сейчас в работе еще ряд материалов на эти и смежные темы; требует много времени, но очень важно, и будем этим и дальше заниматься.

6. Пакет Яровой.
Тут все понятно, «пакет Яровой» сам себя не отменит, надо им заниматься. Проводить митинги, собирать подписи, пинать нерадивых чиновников, заниматься просвещением, разоблачать жуликов-бенефициаров. Тут вот в чистом виде: «делай, что должно — и будь, что будет». Благо, получается-то неплохо. Работаем.

III. Что дальше.
Есть ощущение, что мы дошли до предела объема задач, которые можно решать просто вдвоем на волонтерской основе в свободное от зарабатывания денег время. Ну, вы сами видите по списку задач. И вот надо понять, что дальше делать:
— оставить все как есть,
— брать новые задачи (какие?), отказываясь от каких-то из нынешних (каких?),
— пытаться организационно расти (например, объявлять краудфандинг, официально регистрировать НКО, набирать сотрудников в штат и т.д.),
— другие варианты.
Интересует ваше мнение, ну и в целом любая обратная связь о работе ОЗИ интересует.

Комментарии: 

А что там с нашей петицией? 

14 октября 1926 года вышла первая книга о Винни-Пухе, а 14 октября 1964 года Леонид Брежнев возглавил советское государство.

А еще сегодня прошло ровно два месяца с того дня, как было собрано 100 тысяч подписей под петицией против «закона Яровой» на РОИ.

Не то, чтобы мы возлагали надежды на эту петицию, но было интересно посмотреть, какой будет реакции на нее при обязательном по закону формальном ее рассмотрении. Все-таки РОИ — это ж не просто так, это механизм, созданный для реализации предвыборного обещания Владимира Владимировича Путина в 2012 году. Он тогда перед выборами — и после декабрьских протестов 2011 года — пообещал всю эту электронную демократию: что петиции, набравшие больше 100 тысяч голосов, будут рассматриваться.

И после выборов даже назначил специального министра — Михаила Абызова — который будет этим заниматься.

Но Владимир Владимирович Путин опять соврал.

В соответствии с положением о РОИ, инициатива, набравшая 100 тысяч голосов, должна быть рассмотрена экспертной группой абызовского «Открытого правительства» в двухмесячный срок. Он истек сегодня. Рассмотрения не было.

Я голосовал за эту петицию, но она не была рассмотрена: это нарушение прав

Этим бездействием чиновника нарушаются права всех ста тысяч подписантов петиции, мои в том числе.

Поэтому мы подготовили исковое заявление в суд (от моего имени и от имени юристов ФБК — они тоже, конечно, подписывали петицию) с требованием признать бездействие Абызова незаконным.

Да, это можно назвать тактикой тысячи булавочных уколов — пусть так. Но мы обещали не ослаблять нажим на «пакет Яровой» — и не будем.

Комментарии: 

Прослушка 

«Это не телефонный разговор, давай при встрече», — как часто вы про себя посмеивались, слыша такую фразу? Зря посмеивались.

Скоро на русском языке выйдет — под названием «Битва за Рунет» — громко прогремевшая и получившая ряд престижных наград на Западе книга «The Red Web» Андрея Солдатова и Ирины Бороган. Некоторые отрывки из книги уже доступны — вот, например, на Медузе про прослушку и меры безопасности во время Олимпиады в Сочи.

Вот один впечатляющий фрагмент:

В 2007 году спецслужбы получили от российских судов 265 937 разрешений на прослушивание и запись телефонных переговоров, а также перехват e-mail, включая сообщения в социальных сетях и мессенджерах. В 2012-м таких разрешений уже было 539 864.

Журналист Олег Сальманов, также обративший внимание на этот фрагмент книги, дополнил его свежими данными и построил впечатляющий график:

Жертвы телефонной прослушки в 2015 году — уже почти миллион (!) россиян (график: Олег Сальманов)

В 2015 году легально, на основании решений суда, российские спецслужбы слушали почти миллион человек. Судя по графику, в 2016 году — будет уже сильно больше миллиона. Это далеко не только «лидеры оппозиции» и не только «политические активисты»; это далеко не только «потенциальные террористы» и далеко не только «подозреваемые в совершении преступлений». Миллион человек — это уже никак не укладывается в разумные рамки оперативно-розыскной деятельности, это буквально тотальная слежка.

Или так. Разрешение на прослушку дается на полгода. Прикиньте, хотя бы примерно, с каким количеством разных людей вы говорили по телефону за последние полгода? 50? 100? 300? Ну пусть даже 50. Вероятно, и каждый из миллиона прослушиваемых — тоже. У телефонного разговора же две стороны. Так что в 2015 году, вероятно, несколько десятков миллионов человек были участником хотя бы одного прослушиваемого телефонного разговора.

То есть вот лично вы были. Вы, дорогой читатель. Учитывая то, что вы читаете мой блог, недурная вероятность есть, что вы попали в миллион прослушиваемых постоянно. Но даже если нет, то с вероятностью близкой к 100% хотя бы один ваш телефонный разговор в этом году был прослушан и записан. Интересно, что это был за разговор? О чем? И, кстати, сколько же там «специалистов» сидит и слушает миллион человек? Десятки тысяч, как минимум.

Будьте бдительны, короче.

Это все, кстати, объясняет и всю степень истерики вокруг шифрованного трафика в интернете — они уже привыкли читать и слушать буквально все, что только можно, а шифрованный трафик им не по зубам: вот и бесятся.

Комментарии: 

Индекс Свободы Интернета: сентябрь 2016 

Итоги сентября: падение Индекса Свободы Интернета продолжает замедляться, хорошие новости почти уравновешивают плохие. Все же Индекс снизился по итогам месяца еще на 12 пунктов, и его значение по состоянию на 1 октября 2016 года составило 787 пунктов.

Интересно, что очень многие новости, оцененные положительно, пришли в сентября из правительства РФ

Как видно из таблицы, самой плохой новостью сентября эксперты сочли сообщение о планах ФСБ расшифровывать трафик «на лету» посредством хакерской атаки (-4.3 балла). Но разброс оценок этой новости очень велик (и это мы еще убираем две крайних!) — от «Это тотальный беспредел; остается надежда только на end-2-end шифрование» (А. Козлюк), до «Справедливости ради это не ФСБ, это был вброс» (К. Казарян). Действительно, пока угроза остается лишь словами — будем внимательно следить за развитием событий. В любом случае, история опасная; как сформулировал В. Харитонов: «мало того, что это нарушает базовые права человека, но может привести к отключению российских пользователей от международных сервисов».

Лучшие новости сентября — новости о том, что эксперты при правительстве выступили против обязательной идентификации в мессенджерах, и о том, что ведущие мировые ИТ-компании объединились в противостоянии правительствам в отношении обязательного раскрытия информации пользователей. То, что новости из-за границы занимают высокое место в рейтинге положительных для Рунета событий — это не новость; те положительные практики, которые принимают для себя мировые ИТ-компании, влияют на пользователей по всему миру. А вот правительство России в ньюсмейкерах со знаком «плюс» у нас нечасто: а ведь в сентябре таких новостей сразу несколько. Интересно, что Минсвязи превращается в орган, который пытается хоть как-то противостоять (пусть и очень слабо) закручиванию гаек в интернете — Общество Защиты Интернета может это только приветствовать.

Индекс заметно замедлил падение — но, хотелось бы, чтобы начал расти!

В составлении Индекса Свободы Интернета за сентябрь приняло участие 8 экспертов, оценивших 17 событий. Спасибо всем за это большое!

Комментарии: 

Считаю дни до 26 октября 

Рассмотрение апелляции по «микрофонному делу» в Новосибирском областном суде назначено на 26 октября, в 11.00 (в Москве это будет 7 утра). Узнал об этом от адвоката сегодня утром, и поймал себя на мысли о том, что считаю дни.

У меня ведь до сих пор действует подписка о невыезде — районный суд, вынесший приговор 31 августа, оставил ее в силе до вступления приговора в законную силу. А вступает он через десять дней с момента провозглашения приговора, если он не был обжалован, или после решения суда апелляционной инстанции, если обжалован был.

Честно скажу: огромный был соблазн не обжаловать.

1) Я получил самый минимальный приговор из всех, которые только были возможны. Меня судили по тяжкой статье, предусматривающей до шести лет лишения свободы; прокуратура просила два года условно; в итоге же суд закончился переквалификацией обвинения на статью небольшой тяжести (в частности — никаких ограничений на участие в выборах!), и по этой статье из всех возможных видов наказания суд избрал самое легкое (штраф), и сумму штрафа назначил тоже небольшую — 30 тысяч рублей. Меньше или легче — уже ничего и не бывает, только оправдательный приговор. Но статистику вы знаете, оправдательных приговоров в России не бывает.
То есть было исходно понятно, что шанс 99.9%, что апелляционная инстанция ничего не изменит; лучше уж точно не будет.

2) Сроки и деньги. Ясно было, что апелляция — это еще время (так и вышло: почти два месяца), а если ее не подавать — ну вот, десять дней прошло, приговор в силу вступил. Плати штраф и ты свободный человек, можно ехать и загорать, еще не везде пляжный сезон закончился. В условиях, когда больше года провел в треугольнике Москва-Новосибирск-Кострома это был сильный аргумент... Ну и плюс, новая стадия судебного процесса — новые расходы.

Но сомнений почти не было; решение идти дальше и обжаловать приговор было принято мгновенно, и я о нем не жалею.

Любой охранник публичного лица нарушает ст. 144 УК РФ в трактовке «микрофонного дела» по 10 раз на дню

Тут все просто: знаешь, что прав — делай, что должно. Мы ведь немалого добились (вопреки всему) и в первой инстанции: переквалификация моего обвинения с части 3 на часть 1 статьи 144 означает, среди прочего, что суд установил: никакого микрофона я не ломал, никаких синяков «журналисту» Поступинскому не ставил. Моя «вина», соответственно, осталась лишь в том, что я не дал ему подойти к Навальному или ворваться в штаб. Как я и говорил в прениях — ну так тогда можно по этой же статье хватать и судить любого охранника, который ставит заборчик между политиком и журналистом и любого пресс-секретаря, который отвечает «без комментариев».

Поэтому, конечно, надо идти до конца — и мы готовим к рассмотрению в областном суде детализированную жалобу, еще раз доказывающую, что никакого состава преступления в моих действиях не было и близко. Будем бороться до последнего.

Есть, конечно, и прагматическое соображение: «микрофонное дело» — абсолютно выигрышный, идеальный кейс для ЕСПЧ, но обращаться туда по закону можно только после «исчерпания всех средств добиться правосудия внутри страны», то есть — после прохождения всех судебных инстанций в России. Так что, пройдем апелляцию — и сразу в ЕСПЧ. И годика через 3-4 вернутся ко мне деньги, потраченные на 27 полетов в Новосибирск. Если, конечно, к тому времени Россия окончательно не пойдет своим уникальным путем вон из Совета Европы.

P.S. Кстати, прокуратура со своей стороны обжаловать приговор не стала. Это означает, что в соответствии со ст. 389.24 УПК РФ, если я все правильно понимаю, ухудшить мой приговор суд апелляционной инстанции не сможет. Фуууух.

P.P.S. После 26 октября смогу, наконец, летать куда угодно. Какие идеи? Кто ждет в гости?

Комментарии: 

Идеологам «пакета Яровой» приходится непросто

Три недели назад мы опубликовали гипотезу о том, что за «пакетом Яровой» в конечном счете стоит влиятельное питерское чиновничье-мафиозное семейство Соколовых, состоящее из папы (друга Патрушева и коллеги Чемезова), мамы (депутата Госдумы от ЕР) и сыночка (молодого зама молодого министра связи).

Большие деньги любят тишину — поэтому надо поднимать шум, чтобы спугнуть воров

В своем посте в ФБ по поводу этого микрорасследования Общества Защиты Интернета я объяснял, почему это важно: потому что такие огромные распилы, как распил на оборудования для «пакета Яровой» готовятся в максимальной тишине; потому что такие большие деньги интересны очень многим, и если тишину нарушить — то может начаться междоусобица желающих поучаствовать в распиле. А для нас это очень хорошо: пока будет идти такая междоусобица, о практической реализации «пакета Яровой» думать будет некому.

Ну так вот, у меня для вас хорошие новости: кажется, начало получаться!

В России есть некоторое количество мусорных сайтов псевдоСМИ, которые служат для легализации компромата. В этом качестве печально известны RosPres, FLB.ru, Moscow-post и некоторые другие. Бизнес-модель подобных ресурсов такова: с одной стороны у них лицензия СМИ, и они поддерживают какую-то минимальную ленту новостей, изображая из себя информационное агентство — с другой стороны за деньги ставят любой материал, сколь угодно чернушный, не проверяя и не редактируя. Благодаря этому все желающие могут «вбросить» компромат: после первой публикации, «более респектабельные» издания уже могут ссылаясь на эти помойки писать «по сообщениям СМИ...» или «если верить некоторым СМИ, то...».

Так вот, на позапрошлой неделе один из этих сайтов, «Руспрес», опубликовал большой материал про семью Соколовых, в котором, в частности, рассказал о десятках миллионов долларов на зарубежных счетах семьи Соколовых, множестве иностранных фирм и прочих нехороших вещах. Отдельно надо отметить, что госпожа Соколова уже много-много лет является депутатом Государственной Думы, и, соответственно, декларирует имущество и счета свои и мужа, но в ее опубликованных декларациях всего этого счастья нет. Да и понятное дело: супруг депутата Госдумы не вправе владеть зарубежными финансовыми инструментами.

Еще раз повторю, что «Руспрес» — помойка, и информации оттуда доверять нельзя. Факт публикации на «Руспресе» не доказывает ничего, кроме одного — кто-то платит деньги (немалые), чтобы мочить Соколовых. Причем это в первый раз; до 15 сентября 2016 года никакой публикации компромата в публичном пространстве против этой семьи не было (по крайней мере я поиском по Яндекс.Новостям не нашел). Ну и, надо сказать, хоть информация и слита на очень сомнительный ресурс, по крайней мере отчасти она соответствует действительности — банковские счета мы никак проверить не можем, а вот данные о регистрации фирм вполне публичны, и упомянутая в статье австрийская компания SK Science Consulting у Соколова-старшего действительно была.

Как и в России, в Австрии бухгалтерские балансы компаний публичны; вот, например, баланс фирмы SK Science Consulting за 2012 год, подписанный Валерием Соколовым (совпадают имя и дата рождения) в сентябре 2013 года
Лишь в декабре 2013 года Соколов уступает свою долю в SK Science Consulting своему деловому партнеру, бизнесмену Андрею Кочеткову (с именем Кочеткова связано много скандальных историй, но это тема для отдельного расследования)

Между прочим, уже этого достаточно, чтобы лишить госпожу Соколову мандата депутата Госдумы: вот, налицо иностранная компания, зарегистрированная на мужа, и это в 2013 году, когда запрет на владение иностранными финансовыми инструментами (включая и доли в компаниях) для депутатов и членов их семей уже вступил в силу.

Но более всего во всем этом интересна хронологическая последовательность:
6 сентября мы публикуем расследование про клан Соколовых и его желание нагреть руки на «пакете Яровой» вместе с Сергеем Чемезовым,
15 сентября против Соколовых начинается вброс компромата,
21 сентября ФСБ выступает с инициативой отказаться от реализации «пакета Яровой» по схеме Чемезова (с построением огромных хранилищ данных), и, вместо этого, расшифровывать и анализировать трафик на лету.

Это могут быть связанные события, а может быть и случайностью. Но, в любом случае, мы продолжим раскапывать бенефициаров «пакета Яровой», следуя стратегии уничтожения его экономической базы через опубличивание бизнес-интересов жуликов, которые за ним стоят. Пока получается очень неплохо.

Комментарии: 

Индекс Свободы Интернета: август 2016, падение замедлилось

В августе депутаты на каникулах, а нормальные люди — кто как, поэтому, в целом, нормальность берет верх. Падение Индекса Свободы Интернета, резко замедлившееся в июле (после ужасного июня имени Яровой), в августе еще более затормозилось: падение всего на 13 пунктов, лучший результат с января.

Индекс Свободы Интернета на 1 сентября 2016 года: 799 пунктов

В целом же Индекс с начала наблюдений — за 8 месяцев — потерял 201 пункт или 20%; это примерно означает, что до полного закрытия интернета в России осталось где-то 32 месяца, то есть около 2.5 лет при сохранении нынешних темпов ухудшения ситуации; что ж — по ощущениям это похоже на правду! (Очень грустную, конечно).

Из 23 важных для свободы рунета событий августа, которые оценили эксперты, главными событиями со знаком плюс стали успешное завершение (в рекордные сроки!) сбора 100 тысяч подписей против «пакета Яровой» на РОИ, и то, что в митинге против «пакета Яровой» в Москве приняло участие около 3000 человек.

«Митинг прошел мирно, хороший информационный охват получил, что еще более привлекло внимание общества к обозначенной проблеме» (А. Козлюк), «Не верю особо в петиции, ногами все решается. Но отличная оценка за скорость. Значит общество ценит эту свободу» (С. Бойко) — отмечают эксперты. Самое важное в истории вокруг «пакета Яровой» — не снижать уровень общественного давления; когда оно есть — оно всегда (исключений не бывает!) заставляет власть дергаться и сдавать позиции, и последние новости вокруг «пакета Яровой» тому подтверждение. Надо дожать!

И все же плохих для интернета новостей в августе было больше; антирейтинг возглавила история о том, что районный суд в Санкт-Петербурге отказался выполнять решение ЕСПЧ о незаконности СОРМ, далее, конечно же, расправа правоохранительной системы над видеоблогером Русланом Соколовским в Екатеринбурге, и крайне сомнительный законопроект Минкомсвязи «о контроле над рунетом».

Слово экспертам:
«История адовая, начиная от доноса журналистов, заканчивая комментариями местного главы полиции» (К. Казарян о Соколовском), «Это слухи ходящие ещё с того года. Но всё равно плохие» (А.Исавнин о «контроле над рунетом»). А про самое плохое событие месяца (про СОРМ) никто из экспертов комментария не оставил — хоть все и дали, единодушно, большие отрицательные баллы — все понятно и без слов.

В формировании Индекса за август приняли участие 10 экспертов; спасибо всем большое. Если вы хотите присоединиться к экспертной группе Общества Защиты Интернета — напишите нам.

Комментарии: 

Пакет Яровой и «национальная инфраструктура Интернета»: при чем здесь «Ростех»?

Вот на этого чиновника хочется посмотреть пристальнее:

Соколов Алексей Валерьевич, заместитель министра связи и массовых коммуникаций Российской Федерации

Есть много свидетельств тому, что именно Соколов сейчас в Минкомсвязи играет первую скрипку (а вовсе не кандидат экономических наук Никифоров), и именно через него проводится текущая линия партии и правительства — которая заключается в том, чтобы отдать реализацию «пакета Яровой» чемезовскому Ростеху.

С Соколовым же связана и другая большая история этого года — проект построения так называемой «национальной инфраструктуры интернета». По этому поводу, собственно, «Ведомости» прямо пишут:

«Ведомости» ознакомились с проектом поправок в закон «О связи», разработанных Минкомсвязи и призванных обеспечить «целостность, непрерывность, стабильность, устойчивость и защищенность функционирования российского национального сегмента» интернета. Эти поправки обсуждались в четверг на совещании у замминистра связи Алексея Соколова, рассказывает человек, знакомый с несколькими его участниками. Это подтвердил один из присутствовавших на совещании людей.

Я отдельно напишу подробный пост про «национальную инфраструктуру»; если очень кратко, то речь идет о том, чтобы научиться делать так, чтобы можно было интернет в России от зарубежного отрезать, но при этом банки бы проводили транзакции, самолеты бы не падали и так далее.

Кто такой Алексей Соколов, откуда он взялся, и почему во всех проектах, которые он продвигает, вылезает «Ростех»?

Взялся Алексей Соколов, естественно, от папы с мамой:

Соколов Валерий Николаевич, председатель совета директоров ОАО «Научные приборы»
Соколова Ирина Валерьевна, депутат Государственной Думы V и VI созыва от партии «Единая Россия»

Папа и мама, просто, очень непростые.

Соколов Валерий Николаевич, председатель совета директоров ООО «Новые оборонные технологии», председатель совета директоров ОАО «Научные приборы», человек не очень публичный; даже фотографию в нормальном качестве трудно найти. Про него пишут так:

Среди многих авторитетных людей в Петербурге незаметно выделяется фигура председателя совета директоров ОАО "Научные приборы" Валерия Соколова – человека пожилого, уважаемого комитетчика в отставке, который может называть главу нашего государства просто по имени и звонить ему в любое время дня и ночи.

Непростой человек возглавляет непростое, стратегическое предприятие: «Новые оборонные технологии» входят в холдинг «Алмаз-Антей» и производят очень важную продукцию:

Валерий Соколов — председатель совета директоров компании, которая выпускает печально знаменитые ЗРК «Бук»

Ну а председателем совета директоров Концерна «Алмаз-Антей» является, как известно, глава Ростеха Сергей Чемезов.

Ирина Соколова, до того как стала депутатом Госдумы, возглавляла «общественную приемную» Владимира Путина в Санкт-Петербурге.

Госпожа Соколова, окончившая юридический факультет СПБГУ, формально является рядовым членом политсовета и многолетней помощницей (в трех созывах) спикера Госдумы Бориса Грызлова. Источники "Ъ" в "Единой России" не скрывают, что ее кандидатура была пролоббирована из Москвы. [...]
Впрочем, еще более влиятельные знакомства у госпожи Соколовой по семейной линии. Ее муж Валерий Соколов, председатель совета директоров ЗАО "Научные приборы", близко знаком с секретарем Совбеза Николаем Патрушевым, советником которого недавно был назначен сын господ Соколовых Алексей. Алексей Соколов служит в ФСБ.

«Новая Газета» в 2012 году писала о семействе Соколовых как о деловых партнерах одного из лидеров тамбовской преступной группировки Хлоева — ничего нового, как видим, типичная история для питерских КГБшников из окружения Путина — а в 2007 году о том, как семья Соколовых успешно пролоббировала ЭКЛЗ, один из самых одиозных видов налога на малый бизнес в России. Их компания «Научные приборы», собственно, эти ЭКЛЗ и поставляла:

Зато не тайна, кто возглавляет «Научные приборы»: также бывшие офицеры ФСБ.
Председатель совета директоров компании и один из основных учредителей Валерий Соколов — в прошлом полковник 6-го (экономического) Управления КГБ СССР. На сегодняшний день сын отставного полковника Соколова, 25-летний Алексей Соколов занимает высокую должность в московском управлении ФСБ (по некоторым данным, он ведает вопросами экспертизы, в том числе и технических средств).

Кроме того, Валерий Соколов входит в состав учредителей Национального некоммерческого фонда поддержки сотрудников органов федеральной службы безопасности, которому принадлежат 25% уставного капитала «Научных приборов». Президентом фонда является его супруга Ирина Соколова.

Вот такое семейство «ветеранов органов безопасности», пустившее свои метастазы в самые разные сферы производства «наукоемкой» продукции, рынок сбыта для которой обеспечивается государством. Пример с ЭКЛЗ ведь очень характерен и очень похож на историю с «оборудованием для реализации пакета Яровой», это ровно так же бизнес-схема: государство заставило всех купить, а Соколовы — произвели.

Поэтому я на 99% уверен, что восстановленная мной картина происходящего верна: Соколов-старший под крылом чемезовского Ростеха намеревается развернуть производство оборудования, которое заставят покупать провайдеров; Соколов-младший обеспечивает реализацию этого плана в Минсвязи, куда он два года назад был переведен на работу из ФСБ. (До того, как попасть в Минсвязи, Алексей Соколов, как мы помним, работал советником у секретаря Совбеза Патрушева, а именно из Совбеза «закон Яровой», как известно, и прилетел в Госдуму).

Тем не менее — это лишь гипотеза. Реконструкция по открытым данным, а также по некоторым инсайдам. Хочется сделать из нее полноценное расследование со всеми доказательствами. Поэтому прошу вас — если что-то знаете (что угодно) о деятельности семейства Соколовых — поделитесь этой информацией.

Пишите мне напрямую, или пишите на «Черный ящик ФБК».

Комментарии: 

Приговор по микрофонному делу

Завтра, 31 августа, в 8.30 утра (а в Москве это будет в 4.30 утра) судья Центрального районного суда г.Новосибирска Татьяна Петрова приступит к оглашению приговора по «микрофонному делу». Дело не слишком объемное, всего три тома, так что, скорее всего, когда вы проснетесь, приговор уже будет оглашен.

Для меня это значит, что — каким бы он ни был — закончится адская, затянувшаяся больше чем на год нервотрепка, стоившая мне что-то около полутора миллионов рублей (в какой-то момент я уже сбился со счета), стоившая кучи нервов моей семье и всем близким. 27 полетов в Новосибирск и обратно, это вам не шутка. Так что, чем бы завтра ни закончилось, я в любом случае внутренне как-то очень радуюсь.

С адвокатом Владимиром Бандурой на одном из заседаний (фото — НДН-Инфо)

К приговору я подхожу еще с одним ощущением: мы реально вместе с адвокатом Владимиром Бандурой сделали все, что могли. Это вот очень важная штука: было бы неприятно завтра слушать «приговаривается к стольки-то годам условно (или не условно)», и про себя думать — «блин, а вот может быть, если бы мы еще сделали вот то-то, может быть было бы по-другому». И все эти годы (условные или неусловные) такой червячок бы изнутри точил, разъедал и мешал бы жить и делать свое дело. Но так не будет: мы привели в суд и допросили всех свидетелей, кого только могли; притащили все видеозаписи, которые могли найти; сами сделали экспертизу; собрали все ссылки на все нормативные акты — короче, сделали всю ту работу, которую должно было сделать следствие (и прекратить уголовное дело от слова совсем).

У нас нет никаких иллюзий относительно судебной системы в России, но «микрофонное дело» — это «чистый» эксперимент. Кажется, впервые мы опубликовали все материалы уголовного дела до последней строчки; все промежуточные материалы, которые принесли в суд — тоже. Шансов на то, что в итоге приговор окажется в числе тех 0.48% оправдательных приговоров, которые отвешивает слепая российская Фемида, от этого больше не стало — их как было 0.48%, так и осталось — но зато мы создали материал, на котором потом можно будет, не знаю, студентов юридических вузов учить. «Как фабриковались политические уголовные дела в позднепутинский период» — такая вот тема для лекции, почему нет. Карточки, раздатка. Хоть какая-то польза.

Все это было бы невозможным без огромной поддержки со стороны семьи, со стороны коллег из ФБК (которые, собственно, и сделали сайт), со стороны однопартийцев и единомышленников, поддерживавших удаленно и/или приходивших на каждое заседание суда в Новосибирске. Отдельное спасибо Андрею Гладченко, он сам знает, за что.

Юридическая позиция по «микрофонному делу» наиболее полно представлена в моем выступлении в прениях. Но дело это не юридическое, а политическое. То, что в нашей стране в XXI веке существуют политические уголовные дела и политзаключенные — это настоящий, бесконечный и несмываемый позор. Об этом я говорил на прошлой неделе в своем последнем слове:

До завтра.
Всех обнимаю.

Комментарии: