Социология (не)явки

Явка, явка, явка, явка — стратегия Кремля на январь-март 2018 года, кажется, вполне определилась. На высокой явке, добытой всеми правдами и неправдами, Кремль планирует базировать легитимность новой путинской шестилетки. На региональный и муниципальный уровень опущены подробнейшие методички о том, каким образом явку надлежит обеспечивать.

Кремль готовится к очередным фальсификациям

Придворные социологи из ВЦИОМа и ФОМа радостно обещают, что желаемые 70% достижимы, основывая своё мнение на опросах, в которых 55-60% респондентов обещают "точно пойти" на выборы, а ещё 20-25% отмечают, что "скорее пойдут". Вроде как арифметика убедительно сходится, если даже от тех, кто "скорее пойдёт" явится половина — как раз 70% и выйдет. Чтобы подкрепить свои доводы, "социологи" ссылаются на выборы прошлых лет — на Госдуму-2016, на президентские-2012. Мол, вот мы там проводили аналогичные опросы, прогнозировали явку 65% (на президентских) — и она была 65%.

И вот в этом месте становится очень стыдно и неловко. Не за ВЦИОМ и ФОМ, разумеется, а за газеты, которые так и пишут — «явка на выборах 2012 составила 65%» — или даже рисуют графики, на которых показаны «прогнозы социологов» и «реальная явка» на выборах прошлых лет. Именно так: «реальная явка»!

Постыдность в том, что явка (тем более — реальная явка!) — это отношение числа избирателей, пришедших на участки к числу всех зарегистрированных избирателей. А показатель, которым оперируют ВЦИОМ и ФОМ (а за ними, вслед, увы, "Коммерсант" и "Ведомости") — это «явка по данным ЦИК РФ», весьма условный показатель, который в знаменателе тоже имеет число всех избирателей, а в числителе — сумму числа реально явившихся избирателей и числа вброшенных или просто вписанных в протокол бюллетеней.

В многочисленных научных работах на богатом материале российских выборов 2011-2012 годов было показано, что реальная явка от «явки по данным ЦИК» отличается примерно на 15 процентных пунктов, что соответствует примерно 16-18 миллионам бюллетеней, которые появились в протоколах выборов путём технических приписок в регионах Северного Кавказа, в Кемеровской области, Мордовии, Татарстане, Башкортостане и многих других регионах. Факт наличия этих приписок многократно подтверждался натурными экспериментами независимых наблюдателей и журналистов.

Если в 2011 наблюдателей просто удаляли с участков, или они видели расхождения в своей копии протокола и в системе ГАС "Выборы", то в последующие годы организация «труда» фальсификаторов стала более тонкой. Это приводило к последствиям, которые в чём-то можно назвать юмористическими — когда на двух участках в Буйнакске (Дагестан), оборудованных КОИБами явка составила 7%, а по всему городу — больше 90% , когда на УИКе во Владикавказе журналисты по видеокамерам насчитали за день 200 с чем-то избирателей, а в протоколе их оказалось 1560; когда корреспондент Reuters провёл весь день на участке в Башкирии, и никаких нарушений не увидел, зато создал на своём УИКе аномалию явки — на всех соседних участках явка по данным ЦИК оказалась вчетверо выше.

Последний — и весьма масштабный —полевой эксперимент такого рода штаб Навального совместно с "Голосом" совсем недавно поставил на местных референдумах в Татарстане, и доказал в который раз, что Элла Памфилова ничем не отличается от Владимира Чурова — мы зафиксировали и доказали (по памяти пишу) около 20 процентных пунктов чистейшей приписки явки.

Итак, наблюдатели и журналисты доказали существование приписок, а математики оценили их масштаб. А что же тогда измерили «социологи»?

Как так вышло, что в 2012 на президентских выборах ВЦИОМ прогнозировал 65%, и ЦИК насчитал 65%, в то время как реальная явка составила около 50-52%? Дело в одинаковой систематической ошибке, или в уникальной способности социологическими методами оценить приписки? Или всё же всё куда проще, и дело в том, что ЦИК и ВЦИОМ — два подразделения администрации президента, получающие целеуказания в одной рассылке и зарплату в одном окошке?

***

Но как же быть с тем что 70-75% избирателей собираются «пойти» или «скорее пойти» не только в опросах ФОМа и ВЦИОМа, но и у Левада-Центра, да и в опросах нашей социологической службы мы фиксируем подобные цифры?

А вот тут-то на сцену и должны выйти настоящие социологи, без кавычек, и объяснить: есть такой хорошо изученный эффект, который, честно говоря, заключается в том, что люди врут, а научным языком выражаясь — в том, что респонденты склонны давать «социально одобряемые ответы». Это не значит, конечно, что нет смысла спрашивать в телефоном опросе «всегда ли вы уступаете в транспорте место пожилым людям?» , «пьёте ли вы алкоголь по утрам?» или «всегда ли вы ходите на выборы?» — спрашивать-то можно всё, что угодно! — но значит, что интерпретировать результаты таких опросов надо с большой осторожностью, в рамках математических моделей, позволяющих дать поправку на «социальную одобряемость» одной из альтернатив.

Другими словами, если 70% респондентов обещают прийти на выборы, то это означает, что реальная явка окажется точно существенно ниже 70% . Но насколько именно, как это посчитать? Рискну дать некоторые прикидки.

Осенью 2016, после выборов в Госдуму, мы делали и публиковали важный опрос — звонили избирателям Кемеровской и Новосибирской областей, чтобы узнать, как они проголосовали и "проверить" Памфилову.

год назад мы уже ловили Памфилову за рисованием явки

Та проверка показала очевидное: в Новосибирке считали правильно, а в Кемерово выборы полностью нарисовали (и там и там в телефонном опросе около 40% респондентов сказали, что голосовали за ЕР — в Новосибирской области ЦИК и намерял 40%, а вот в Кемеровской —что-то около 80%). С явкой тоже «не срослось» — судя по телефонному опросу, в Кемеровской области она была ниже (!), чем в Новосибирской, а по «официальным данным» — 90%.

На одном только Кузбассе ЕдРу просто нарисовали миллион голосов (Элла Александровна, конечно, ничего не заметила, святая женщина).

Но вот примечательно: в ответ на прямой вопрос ( «Ходили ли вы на выборы в Госдуму?») положительный ответ дали почти 65% новосибирских избирателей! А явка (по данным ЦИК) была 40%...

Опрос проводился спустя месяц после выборов. Так что списать на плохую память вряд ли получится. Это 25% разницы — это, похоже, как раз и есть поправка на «социальную одобряемость» ответа. Тогда 70% собирающихся пойти в телефоном опросе можно интерпретировать как 45% прогноза реальной явки.

Можно оценить и другим методом. Реальная (очищенная от приписок и прочей чуровщины) явка на президентских выборах 2012 года составила около 50%. Реальная (очищенная от приписок и прочей памфиловщины) явка на думских выборах 2016 года составила около 35%. (Я сейчас не могу дать правильно оформленные ссылки на соответсвующие математические работы, где это доказано, но погуглите статьи Сергея Шпилькина, и найдёте).

По горизонтали — процент явки на избирательных участках, по вертикали — количество голосов, поданных на этих участках. Аномально большое количество голосов только за «Единую Россию» на участках с высокой явкой — явный признак фальсификаций. Один из известнейших графиков Шпилькина.

Полагаю, что это и есть верхняя и нижняя граница для реальной явки на президентских выборах, если он пройдут по консервативному сценарию, т.е. без интриги, без конкуренции, без допуска Навального. С одной стороны, на президентские традиционно ходит всё же побольше, чем на думские. C другой стороны, никакой интриги нет, есть общий тренд на снижение явки в последние годы на выборах всех уровней, а ещё позади шесть лет естественной убыли самых дисциплинированно голосующих избирателей избирателей-2012 и замещение их самыми неголосующими молодыми избирателями. (Пенсионный фонд России в своих расчётах исходит, если мне не изменяет память, из срока дожития в 19 лет (после выхода на пенсию) — это означает, что трети пенсионеров, голосовавших в 2012 году, увы, уже нет в живых).

Результат, в итоге, тот же самый: объективный и добросовестный прогноз явки при консервативном (безальтернативном) сценарии выборов марта 2018 года — 40-45%.

Жулики из ВЦИОМа и ЦИКа говорят о 70%, потому что такую задачу перед ними ставит АП — и потому что, конечно, явка в районе 40-45% будет для них политической катастрофой. Какое уж там единение вокруг нацлидера, энергетического императора и великого возвращателя Крыма, если на участки больше половины избирателей не пришло! Какой уж там «президент всех россиян».

Отсюда паника, истерика и «явка, явка, явка, явка». Будут изо всех сил тянуть — всеми проверенными методами: в каких-то регионах подкупом, в каких-то — угрозами и административным давлением, в каких-то — по-старинке тупо приписками. А много где, уверен, творческой комбинацией упомянутых трёх методов.

Раз для них явка так критически важна — значит для нас критически важно бороться с фальсификацией явки (которой они уже начали заниматься: те же «прогнозы ВЦИОМа» — важная часть этой кампании).

Поэтому наша формула действия в случае недопуска нашего кандидата предельно ясна — «Бойкотировать и наблюдать». Вести активную кампанию, разъясняющую избирателям, что их опять обманули и никаких выборов нет — и идти на избирательные участки, чтобы зафиксировать результат этой кампании: выявить реальную явку, не дать вбросить, фальсифицировать, нарисовать невероятные 70%.

Это может не выглядеть каким-то суперпривлекательным планом — но если нет выборов, то и привлекательному плану неоткуда взяться —зато это есть последовательная и честная стратегия, направленная на максимизацию политического ущерба для Кремля. И штаб —в случае незаконного недопуска Алексея Навального к выборам — приложит все свои усилия к её успешной реализации.

Впрочем, качественное и мощное наблюдение пригодится нам при любом сценарии — и в случае допуска, и в случае недопуска. Каждый наш региональный штаб ведёт постоянный набор и обучение наблюдателей, присоединяйтесь!

P.S. Перед президентскими выборами 2012 года, когда была внедрена система видеонаблюдения на УИКах, мы с покойным Ильей Сегаловичем много обсуждали возможность создания системы автоматического подсчёта явки по стримам с камер; тогда, однако, на это технологий не хватало, и времени на создание системы катастрофически не было.

Как вы знаете даже из эфиров "Облака", за последние годы технологии компьютерного зрения и распознавания шагнули очень сильно вперёд, и мне эта задача не кажется неразрешимой. Берём стрим, распознаём стационарные урны на картинке, регистрируем все факты, когда человек подходит к урне — получаем грубую оценку сверху для реальной явки на участке. Если даже этот показатель оказывается сильно ниже, чем официальная явка на участке по данным ЦИК — смотрим уже волонтерскими глазами, проверяем и пересчитываем вручную.

Если вам, как и мне, такая минимальная постановка задачи кажется посильной и у вас есть команда, время и желание её порешать — пожалуйста, напишите об этом Николаю Левшицу ([email protected] с пометкой "наблюдение"), он у нас в штабе занимается организацией наблюдения —обсудим.

Новые посты